Свидание с Мухтуйкой

Здравствуй, милая!…
Мне не сидится.
И не спится порой до утра…
Я пришёл к тебе, чтоб вдохновиться,
Прокоптиться дымком у костра,

Чай испить из воды родниковой,
Где заварен брусничника лист,
Чтоб впитались в меня, как основа,
Этот лес, птичий гомон и свист,

Этот берег крутой с буреломом,
Эти струйки с хрустальным ледком,
И таёжные эти хоромы,
Где, как стены, деревья рядком.

И замшелые эти мосточки
Из упавших еловых стволов,
И осенней осины листочки,
Ржавых лиственниц рыжий покров…

Отражаются в водах зеркально
Стылый лес и белёсая высь.
Отражаются исповедально
Годы детства и вся моя жизнь.

Каждодневно текут эти струйки –
Ностальгией струятся в крови.
Я пришёл к тебе снова, Мухтуйка,
Чтоб признаться в сыновней любви…

4 октября 2014 г.

Плач по деревянной Мухтуе

Ты была когда-то деревянной,
Родина заветная моя.
Петушиным криком утром ранним
Ты крестьян будила, Мухтуя.

Образ твой, совсем ещё не старый,
Старожилы в сердце берегут:
С деревянным скрипом тротуары,
Тихих сельских улочек уют.

На Большой – степенный, величавый,
В деревянных кружевах до пят,
Дом Мухтуйской волостной управы
И домов скромнее целый ряд.

Деловито бегали лошадки,
Ямщики сновали у реки.
Резво детвора играла в прятки,
В салочки, лапту и городки.

В центре – украшение селенья:
Деревянный храмовый чертог,
Что молитвой, службами и бденьем
Веру православную берёг…

Как старушка, уменьшаясь в росте,
Сквозь эпохи прошагала ты,
На замшелом стареньком погосте
Множа деревянные кресты.

Образ прежний берегла от тлена,
Но, увы, не сберегла от зла:
То, что не снесла водою Лена,
Злая воля в Лету унесла.

Дом когда-то волостной управы
Опустел, оставшись не у дел;
Отдан был подросткам на забаву,
И его пожар однажды съел.

Храм был клубом,
Где кино крутили,
Где по вечерам стоял галдёж:
Состязалась в ловкости и силе,
Танцевала, пела молодёжь.

В наше время занимались дети –
Клуб спортсменов юных приютил.
Возрожденье веры с нами встретил
Главный наш мухтуйский старожил.

Сколько видел, если вглубь всмотреться,
Этот сруб на жизненном пути!
Но чиновник без души и сердца
Дал команду бывший храм снести.

Даже гастарбайтеры вздыхали,
Разрезая эту старину…
И лишь небо хмурилось в печали
И встречало смерть. Ещё одну.

Два-три дома только и осталось
От тебя, родная Мухтуя.
Как бы нам спасти такую малость,
Чтоб ещё жила
Душа твоя?!

8 мая 2014 г.

Натюрморт

На снегу – ковёр из жёлтой хвои,
А под ним – зелёный мёрзлый мох.
Всё такое близкое, родное –
То, к чему я всей душой присох.

Вот, как чудо, на лесной дорожке
Розовый осиновый листок
На своей изысканной ладошке
Капельки прозрачные сберёг.

12 октября 2013 г.

Мухтуйка

Первый снег запорошила хвоя,
Он от этой хвои порыжел.
Лес пропитан негой и покоем,
Весь передо мною в неглиже.

Мох подмёрз, похрустывают кочки.
Я вдыхаю воздух грудью всей.
Прелый запах, пряные листочки –
Как подарок родины моей.

Краснотала огненные жилы
Тянутся к душе моей с куста.
Вы меня к себе приворожили,
Милые мухтуйские места.

Вы меня к себе приколдовали
И вплелись в мою навеки жизнь,
И теперь, Мухтуйка, я едва ли
Без тебя сумею обойтись.

12 октября 2013 г.

* * *

В Ленском парке снова праздник:
Все дорожки и пути
Занесло из листьев разных
Ярким, пёстрым конфетти.

Вновь таёжные флейтистки
Воспевают листопад,
А берёзки, как нудистки,
Обнажённые стоят.

Рыжий коврик из хвоинок
Стелют лиственницы мне.
Стаи облачных перинок
Проплывают в вышине.

Лес торжественный, лучистый,
В блёстках с головы до пят,
Ждёт на праздник голосистый.
Пригласительные – листья –
Прямо в руки мне летят…

30 сентября 2013 г.

Мой город Ленск

Есть Волжск на Волге поэтичной,
На Енисее – Енисейск,
Поэтому вполне логично,
Что есть на Лене город Ленск.

Возник он как станок почтовый Здесь ямщики – крестьянский род –
Растили хлеб – всему основу,
Гоняли почту круглый год.

В большой губернии Иркутской
Рождалась родина моя.
Брала от станции Мухтуйской
Своё начало Мухтуя.

Здесь жили ссыльные дворяне,
И их считал простой народ,
Купцы, чиновники, мещане
Законодателями мод.

Крестьяне здесь кадриль водили,
Приезжих повергая в транс,
А по дорогам в клубах пыли
Роскошный ездил дилижанс.

По воскресеньям утром сонным
Будила Мухтуя сельчан –
Церковным колокольным звоном
Звала на службу прихожан.

С тех пор воды в ленивой Лене
Немало в Лету утекло.
Немало славных поколений
Сместило на погост село.

Царя сменили Ленин, Сталин,
Хрущёв и прочие вожди,
Что красным цветом пропитали
И флаги наши, и пути.

Куда-то звали нас «мессии»,
Куда-то нас судьба звала
Лишь в храм святой по всей России
Не звали нас колокола.

Всё в прошлом…
К Господу с поклоном
Вернулась Родина моя.
Церковным колокольным звоном
Вновь напиталась Мухтуя.

Заря над Леной манит блеском.
Осталась в прошлом старина.
А Мухтуя давно уж Ленском
И городом наречена.

Неважно! Суть осталась прежней.
Ленск – не отрезанный ломоть.
Мой город – старый, добрый, грешный,
Родной! Храни тебя Господь!

7 июля 2013 г.

* * *

В Ленском парке – предзимняя тишь.
Первый снег на тропинках спокоен,
А у лиственниц бледен и рыж
От состриженной холодом хвои.

Тает в сумерках сонная даль,
В темноту окунаются кроны,
И в ответ на густую печаль
Переругиваются вороны…

октябрь 2012 г.

Предзимняя тайга

Среди сосен, лиственниц и елей
Так приятно просто побродить!
Хвойный воздух, солнце, птичьи трели,
Паутин серебряная нить…

В октябре в лесу уже прохладно,
Но тайга по-прежнему мила.
На душе спокойно и отрадно.
Здравствуй, леди Осень, как дела?

Светится от лиственничной хвои
Рыжая холодная земля,
На которой зимние устои
Белым мелом ставят вензеля.

Первый снег, ещё такой несмелый,
Кочки и траву припорошил.
И тайга, озябнув, погрустнела,
Но ещё бодрится, что есть сил.

Не сдаются листики брусники,
Не желая сохнуть и бледнеть.
Впитывает солнечные блики
Краснотала огненная медь.

Лес предзимний при закатном солнце
Цепенеет и впадает в сон.
Он с осенней сказкой расстаётся,
И струится грусть со всех сторон.

Мох замёрзший потерял упругость,
Ёжится под тяжестью шагов.
Засыпай, тайга, моя подруга,
Я ещё вернусь, приятных снов!

6 октября 2012 г.

Крещенское купание в Ленске

Крещенское купание –
Затея экстремальная
На севере, в Якутии,
Где так жесток мороз!
Крещенское купание –
Как самоиспытание.
Божественную суть его
Дал Иисус Христос.

Мороз – под сорок в городе,
А мы – купаться в проруби!
На Лене ветер бешеный
Метёт, сбивает с ног.
Как можно в этом мороке
Всерьёз купаться в проруби?
Не бросить ли всё к лешему –
И в тёплый уголок?

Но принято решение –
Морозное крещение!
Долой одежду тёплую –
И в прорубь с головой!
Вот это ощущение!
Как самоочищение.
С победным кличем, с воплями
Из проруби долой!

Скорей, скорей в суровые
Объятия махровые,
Чтоб растереться бешено
От головы до пят!…
В одежде тёплой снова я,
Душа поёт как новая,
И мне уже, конечно же,
Сам чёрт теперь не брат!

февраль 2012 г.

Мой родной уголок

Мой родной уголок,
Я пришёл в твой чертог,
Где деревьев стоят вереницы;
Где живёт у реки
Прелый запах тайги…
Чтобы вволю тобой насладиться.

Пусть поют надо мной
И лесной кутерьмой
Вольный ветер и певчие птицы.
Прелый запах тайги,
Пряный запах тайги,
Разве можно в тебя не влюбиться?

Здесь лопочет река
И приходит строка,
И ложатся стихи на страницы.
Ты меня увлеки,
Прелый запах тайги,
И позволь мне в тебе раствориться.

Здесь деревья шуршат,
Здесь ликует душа,
Просветляются мысли и лица.
Мой родной уголок,
Вот и снова я смог,
Прикоснувшись к тебе, возродиться.

18 сентября 2011 г.

Осенняя тишина

Так, наверное, пахнет родина:
Прелый запах в меня проник.
Побледнели листки смородины
И уснул над водой тальник.

Здесь берёзоньки ждут Есенина,
Чтобы он их красу воспел.
И зовёт благодать осенняя,
И влечёт нагота их тел.

Все дорожки листвою устланы,
В рыжей хвое перины мха,
Но снимает тайга без устали
Шубы яркие и меха.

Лес зарос тишиной, шиповником,
Не поёт лесной златоуст.
Над пригорком – цветастым ковриком –
Капли красные свесил куст.

Тишина тайгу убаюкала,
У Мухтуйки дремотный вид.
Строгий лес с золочёным куполом
Тишиною меня кропит.

18 сентября 2011 г.

От Мухтуи к Ленску

Двести лет здесь стояло селенье,
Двести лет здесь жила Мухтуя.
Приютилась на матушке Лене
Дорогая сторонка моя.

По «кандальному тракту», по Лене,
Декабристов ссылали сюда.
Сколько судеб людских, поколений
Омывала речная вода!

Устоявшимся древним укладом -
По-крестьянски за землю держись! -
Протекала меж раем и адом
На события бедная жизнь.

Но пришли и сюда перемены
Через труд беспокойных сердец:
В глухомани, на север от Лены,
Отыскали алмазный венец.

Встрепенулась сторонка родная,
Светлый лучик надежды тая,
И ворота алмазного края
Распахнула моя Мухтуя.

Разрастался рабочий посёлок,
Раздвигая домами тайгу.
Вместо ёлок и тощих сосёнок
Краны выросли на берегу.

Героически строили трассу
По болотам таёжной земли,
Чтобы в Мирный водители-асы
Что угодно доставить могли.

Предприятия, школы, больницы
Встали там, где кудрявился лес,
И посёлок сумел превратиться
В небольшой, но приветливый Ленск.

Он растёт, хорошеет и крепнет,
Несмотря на все беды, живёт.
Здесь рождается великолепный,
Настоящий сибирский народ!

Город юный, в тайге, в отдаленье,
Обнял хвойными лапами лес.
Мы живём на красавице Лене,
В честь которой и назван наш Ленск.

На Мухтуйке

Здесь исхожено столько тропинок,
Что до боли всё стало родным –
Те же стайки берёзок, осинок,
Те же ели под небом седым.

Здесь безмолвие осени стынет,
И намокшие в дождик кусты,
Наклонившись над речкой, доныне,
Над Мухтуйкой наводят мосты.

Что так тянет в осеннюю пору
Навестить это место, скажи,
Старый домик, убогий и хворый,
Где когда-то мальчишкой я жил?

Почему мне так хочется снова
В зыбкой памяти всё освежить
У местечка, до боли родного,
Из которого вырвала жизнь?

Не вернуться в далёкие годы –
Их Мухтуйка давно унесла,
А безоблачные небосводы
Затянула белёсая мгла.

Затерялось далёкое детство
Между ёлок, осин и берёз.
Никуда мне, Мухтуйка, не деться,
От тебя и нахлынувших слёз…

19 сентября 2010 г.

В Ленском парке

В Ленском парке – осенняя грусть,
Все тропинки усыпаны хвоей.
Не спеша, наслаждаясь, пройдусь,
Надышусь вдохновением вволю.

Здесь приглушены звуки машин,
Проносящихся слева и справа,
Здесь покой для уставшей души
Предлагает шатёр златоглавый.

Вдоль дорожки, торжественно ал,
Широченный, высокий, плечистый,
Предлагает товар краснотал,
Как материю, выставив листья.

Скромно сбоку рябинки стоят,
Хоть товар их не менее броский.
Золочёный парадный наряд
Предлагают померить берёзки.

Не спеша, наслаждаясь, пройдусь,
Не прицениваясь, не торгуясь.
В Ленском парке – осенняя грусть.
Вот её-то, пожалуй, куплю я.

Если выбраться в лес не с руки,
Если жизнь и дела не пускают,
Есть под боком кусочек тайги,
Островочек таёжного рая.

18 сентября 2010 г.

* * *

Без зелёных одежд и уборов,
Без цветов – ты уже не такой.
Ты зачем раздеваешься, город,
Перед долгой холодной зимой?

После лета, ушедшего в Лету,
Побродив по таёжным местам,
Золотые свои эполеты
Осень бросила к нашим ногам.

Почернели опавшие листья
Вдоль дорожек, ведущих в печаль,
Наплывают свинцовые мысли
На души голубую эмаль…

27 сентября 2009 г.

Мой милый Ленск

Ласкают взор просторы наши,
Природа ленская, своя!
Места родные втрое краше,
Чем чьи-то дальние края.

Со мною вместе посмотрите,
Чтобы и вас увлечь я смог:
Плывёт важнее всех открытий
Над Леной утренний дымок.

Несут насупленные сопки
Таёжный сложный аромат,
А топкие лесные тропки
Грибные запахи хранят.

Вдоль Лены каждая саранка,
Дождём умытая, чиста.
А на опушках и полянках –
Смородиновые места.

Пасутся в небе бирюзовом
Над Леной тучные тела,
Чтоб после дождика слепого
Над храмом радуга взошла.

Все облака над небосклоном
Горят во весь диапазон,
Когда закатную корону
Примеривает горизонт.

От птичьего шального свиста
Цветёт и соловеет лес…
И пусть он в чём-то неказистый,
Я так люблю мой милый Ленск!

12 мая 2009 г.

Рыжовские тополя

Они разрослись, прижились –
Им по сердцу наша земля!
Вбирают сок её жилистые
Рыжовские тополя.

Конечно, им мало лета,
Промчавшегося во всю прыть.
Быть может, они поэтому
Стараются осень продлить.

Берёзки уже облетели,
Тальник потерял наряд,
Вот-вот заметут метели –
И лишь тополя «горят».

Зима всё ближе и ближе,
На небе не синь, а муть.
И всё же их пламя рыжее
Не может октябрь задуть.

Огнём этим так красиво
Подсвечена наша земля!
Спасибо, Рыжов, спасибо,
За рыжие тополя!

1 октября 2005 г.

Первое октября

Выкрасив за ночь снегом
Землю, кусты, дома,
Город взяла набегом
Зимняя кутерьма.

Рыжее бабье лето
В белых, белых мазках.
Осени песня спета –
И на душе тоска…

1 октября 2005 г.

* * *

Заря разбудила Ленск:
«Вставай скорей, лежебока!»
Лучами расчёсан лес,
Лучами залиты окна.

Пора просыпаться, жить,
Пора улыбаться, братцы!
Осваивать рубежи,
Работать, творить, влюбляться…

Как быстро сгорают дни
Под солнечными лучами!..
Закат погасил огни.
Пора отдыхать, ленчане.

30 сентября 2005 г.

Ленску

Я вернулся из командировки.
Здравствуй, Ленск! Надеюсь, ты скучал?
Впечатлений яркие обновки
Не заменят мне родной причал.

Без тебя я не в своей тарелке:
Нет в душе покоя, хоть умри!
Как больной тяжелый без сиделки,
Как смурное утро без зари.

Что-то сердце вдруг затрепетало:
Над рекой огонь успел расцвесть.
Салютует утро небывало
Облаками. Видно, в мою честь.

Я вернулся, чтоб на место встали
Эти сопки, улочки, дома -
То, что раньше замечал едва ли.
Этот воздух - родина сама.

Чтоб на место встали эти ёлки,
Площадь, стела, деревянный храм...
Налюбуюсь жадно, втихомолку
И в душе расставлю по местам.

18 марта 2003 г.

Огни ночного Ленска

Как много стало фонарей
В отстроенном страною Ленске!
Мой город сделался добрей
В восторженном фонарном блеске.

Пройдите ночью не спеша
По улочкам его пустынным.
Здесь светится его душа,
Рожденная селом старинным.

Преобразилась Мухтуя,
Микрорайоном новым светит,
И, радость больше не тая,
Смеются фонари, как дети.

Ночь круглолицая нежна,
Алмазы звезд сверкают веско
На черном бархате. Луна
Пылает для ночного Ленска.

Прохожим дарит огоньки
Мухтуйская родная школа,
И, словно чудо, у реки -
Храм Божий с нимбом-ореолом.

Готовы спорить фонари
По яркости с самой луною:
В пригоршнях держат сразу три
Таких же шара над собою.

Огни фонарного венца
Бульвар залили сочным светом.
И кажется - горят сердца
Строителей, создавших это.

Горят, сверкают фонари
Огнями дружбы и участья,
Не потухая до зари,
И город светится от счастья.

6 октября 2001 г.

Окстись, река!

Окстись, река, за что такие
Нас беды начали терзать?
За что безумная стихия
На нас обрушилась опять?

Льды надвигаются, скрежещут,
Ломая в крошево бетон,
И вот уж ледяные клещи
Сжимают нас со всех сторон.

Вода нахрапом рвется в город,
Штурмуя улочки, дворы.
Вот чей-то домик льдом распорот,
В грязь втоптаны его ковры...

Мы не успели оклематься
Еще от прошлых зверств твоих,
А ты по новой - изгаляться
И бить предательски под дых.

Разбиты новостройки, смяты
Атакой ледяных зверей.
От злобы глыбин бесноватых
Поникли стебли фонарей.

Отметки уровня - все выше -
Ползут упрямо к двадцати.
Вода заглатывает крыши
И ужас сеет на пути...

За что, скажи, рыдать и плакать
От горя детям, старикам?
За что сорвавшейся собакой
Ты вновь вцепилась в глотку нам?

Не может быть, чтоб эти трупы
Людей, животных и домов
И все, что ты успела схрупать, -
Во искупление грехов?!

Не может быть, чтоб эти слезы
И стоны гибнущих коров,
Визг, вой, психозы и неврозы -
Во искупление грехов?!

Не может быть, я не поверю,
Что мы наказаны тобой.
Тебе ль к лицу обличье зверя?
Тебе ль к лицу неравный бой?

Окстись, река, опомнись, Лена!
Давно раскрыт молитвослов:
Не надо водяного плена,
Не выходи из берегов!

Май 2001 г.

Фонари Ленской набережной

Денек притих, прильнув к реке
Усталой головою солнца,
Не льется светом, не смеется,
А засыпает вдалеке.

Ждут не дождутся фонари,
Когда последний лучик сонный
Зажжет их пламенем лимонным
На ночь, до утренней зари.

Тогда они, сцепившись в ряд,
От Мухтуи и до речпорта,
Как свечи праздничного торта,
Заторжествуют, заблестят.

И вот польется, потечет
Их свет туманно-альбионный.
Он будет звать к себе влюбленных
И утомленных от забот...

5 декабря 2000 г.

Ленску

Чем же ты нас всех пленил?
Невысокий, невеликий.
Может, ты рекою мил
Или гроздьями брусники?

Да, ты этим и богат -
Красотой тайги и Лены.
Мне нигде такой закат
Не встречался несравненный.

Ты пронзительно хорош,
Как весенний одуванчик.
Разодеты в зелень сплошь
Острова, Мухтуйка, Чанчик.

Тальниковые стога
В дымке утренних туманов,
Хвойнолапая тайга
Из столетних великанов...

По-особому ты мил.
Так всегда, наверно, будет.
Кто тебя не полюбил -
Обязательно полюбит.

1998 г.

Ленску

Нет в тебе никаких колоннад и дворцов,
Не одет ты в гранит и ажурные стены,
Ты другим меня взял: голосами птенцов,
Красотою тайги и величием Лены.

Пусть сурова твоя затяжная зима,
Пусть мороз и ветра гнут у ёлок верхушки;
На кедрушке - наряд, снеговая чалма,
А сосёнки в лесу - все в снегу по макушки.

Никогда не забыть мне в весенний восход
На Шамане-горе синь подснежников нежных
И на Лене-реке штурмовой ледоход,
Ледяной колоброд из плотов белоснежных.

Не забыть ни за что хвойнолапых лесов,
Где легко и свежо, ароматно и бодро,
Где с тяжёлых от ягодных гроздьев кустов
Я надаивал доверху полные ведра.

Среди мхов и болот, бурелома и пней,
По тропинкам лесным в белых пятнах белянок
Я мальчишкой бродил, для девчонки своей
Собирая букет ярко-рыжих саранок.

Не забыть красоты твоих белых ночей,
Словно сумрачных дней - солнце только за тучей,
Когда ночь напролёт сотни птиц-скрипачей
Преподносят концерт сладкозвучно-певучий,

И пленительный пляж, где янтарный песок
От кусочков слюды весь в восторженном блеске…
Ты навеки со мной, мой родной уголок,
Где речная волна напевает о Ленске...

2 мая 1997 г.